Назад Go Back

Проблема функционально-эстетического синтеза на примере Пермского академического театра оперы и балета имени П.И. Чайковского

Фото Манторова Анна Владимировна (Пермский национальный исследовательский политехнический университет)



Проблему функционально-эстетического синтеза здания Пермского академического театра оперы и балета имени П.И. Чайковского можно считать весьма своевременной. Она всегда привлекала самое пристальное внимание со стороны как советских архитекторов, так и современных, особенно учитывая прошедший недавно конкурс на проект нового здания театра.

Актуальность данной работы обусловлена, во-первых, процессами, происходящими в культурной жизни города Перми, и, во-вторых, утвержденным проектом строительства для Пермского театра оперы и балета нового многофункционального зрительного зала и реконструкции существующего.

Целью данной работы является сравнительный композиционно-функциональный анализ нового проекта и существующего здания театра.

Достижение поставленной цели определяет решение следующих задач:

Театральное здание берет свои истоки в классической Греции — устойчивый тип театрального здания, появился в Афинах в VI веке до н. э. и распространился в городах античного мира в V-IV веках до н. э. Представлял собой круглую арену (орхестру), к которой примыкали расположенные полукругом зрительские места, которые были расположены секторами так, что каждый следующий ряд находился немного выше предыдущего.  Зрительные места назывались «театрон» (букв. «место для зрелищ»).

В V веке сам принцип строительства театрального здания постепенно усложняется. За орхестрой, напротив театрона повсеместно появляется задняя палатка - скена для переодевания актёров, которая позже превращается в достаточно сложную архитектурную конструкцию.  

В период раннего средневековья представления, литургические драмы устраивались сначала внутри храма, позже на паперти, в XIV—XVI вв. (как и постановки моралите в XV—XVI вв.) — на площадях и улицах городов на временных подмостках или повозках. Развитие трагедии, комедии и пасторальной драмы потребовало создания закрытого театра с глубоким сценическим пространством.

В конце XVI — начале XVII вв. в Италии возник новый театр — ранговый или ярусный. Сословно-классовая разобщенность по общественному положению (по рангам) получила отражение в распределении ярусов: верхние для низших слоев и нижние для высшего света.

Стремление к улучшению акустических свойств залов стало причиной возникновения нового типа зала — в виде усеченного конуса или подковы. Применение сменных декораций и большое число участников сценического действия привели к глубинной сцене с кулисами.

Таким образом, можно выявить основные типы структур театрального здания:

Что касается расположения оперных театров в городской среде, здесь также можно выделить основные черты. Трудно не заметить, что великолепные здания оперных театров в большинстве своем украшают городские площади или являются завершающим элементом какого-либо ансамбля, улицы. Одним из наиболее ярких примеров удачного решения пространственной организации является Гранд-Опера Шарля Гарнье.

Архитектору удалось одновременно решить несколько задач, если и не противоречивых, то трудно сочетаемых друг с другом. Он вписал прямоугольное здание в ромбовидный участок, остроумно использовав оставшиеся с боков треугольники для организации павильонов. Опера широким фасадом замыкает пространство площади и перспективу авеню, начинающейся практически у самого Лувра. Но в длину здание гораздо больше, чем в ширину, что со стороны центрального входа совершенно незаметно. Таким образом, Гарнье сумел добиться и цельности общего объема здания, и выявления снаружи его внутренней структуры.

Относительно параметров и конфигурации помещений демонстрационного комплекса, к которым относятся и театры, необходимо акцентировать внимание на следующем.

Здание театра предпочтительно размещать в центральной части города на больших открытых площадях с целью формирования крупного градостроительного ансамбля, в котором театр должен занимать место главной архитектурной доминанты. Но, в то же время, при выборе участка для зрелищных зданий следует избегать территорий с ярко выраженным шумовым фоном и вибрациями, что усложняет обеспечение необходимых акустических условий в помещениях.

Основная объемно-планировочная, функциональная и, конечно, художественная задача при проектировании зрелищных зданий каждого из указанных типов — найти наиболее удачное и рациональное сочетание зрительского комплекса и остальных помещений, т.к. театральное здание по структуре делится на две части: сценическую и зрительскую. К первой относят все помещения и сооружения, связанные с обслуживанием сцены, ко второй - зрительный зал, фойе, кулуары, распределительный и кассовый вестибюли и комплекс помещений обслуживания зрителей. Сценическая часть занимает 60-70% общего объема здания театра, зрительская — 40-30%.

Вместимость зрительного зала, в зависимости от назначения театра, рекомендуется принимать, мест:

Здание Пермского академического театра оперы и балета имени П.И. Чайковского по своим параметрам и типологическим характеристикам является весьма удачным примером органичного сочетания эстетической и конструкционно-функциональной составляющей. 

С начала XX века театр существенно изменил свой облик. Старое здание театра было выстроено в стиле позднего русского классицизма. Здание, которое пермяки и гости города могут видеть в настоящее время, выглядит несколько по-другому и представляет собой образец сталинского ампира.

В сложившейся вокруг театра архитектурно-градостроительной среде, типичной для губернского города (главным образом 2-этажная застройка, эклектичная архитектура), авторы, вероятнее всего, решили подчеркнуть значение этого объекта обособленно-осевым размещением его по отношению к перекрестку  улиц. Типичным было также стремление максимально выявить архитектурными средствами именно главный фасад, создать парадный облик этого сооружения, выходящего на своеобразную площадь внутри сквера. Сам сквер очень гармонично вписывается в сетку улиц, формирует органичное пространство для здания театра и за счет композиционной симметрии четко организовывает систему «группы деревьев и кустарников, совокупность малых архитектурных форм (фонари, скамейки) – подводящие элементы, театр – главный элемент, памятник - акцент». Боковые и задний фасады театра как бы “погружены” в сквер, что придает им второстепенный характер. Таким образом, можно сказать, что пространственная организация театра в настоящее время является удачной, так как она весьма выигрышно решает вопрос расположения объекта культурной жизни в противопоставленной ему индустриально-городской среде. Сквер выступает в роли своеобразного «обрамления, ограждения» хрупкой атмосферы театрального мира и, впуская в него человека, создает ощущение всеобъемлющей гармонии и пресекает воздействие механизмов городского материальной среды.

Последние годы руководство театра задалось вопросом увеличения зоны зала. Но внести изменения в существующую планировку практически невозможно, вследствие единства конструкции и стилевого решения. Поэтому не так давно был объявлен конкурс. В конкурсном задании значилось, кроме реконструкции существующей сцены и расширения административных, репетиционных и хозяйственных площадей, еще и создание новой сцены, соответствующей по размерам и другим техническим параметрам мировым стандартам. На конкурс было подано множество работ, и лучшие макеты были выставлены с целью определения победителя.

Архитекторы Avery Associates, имеющие в портфолио много «зеленой» архитектуры,  предложили проект в художественном плане не очень внятный. Жюри определило его как «коллажный и эклектичный». В то же время отметило, что архитекторы выполнили конкурсное задание, по которому старый театр должен «играть первую скрипку». Новые здания отодвинуты вглубь парка. Перед старым театром устроена ось из прудов, которые зимой становятся катками.

Датчане Henning Larsen были, в общем, убедительны, если бы не одно «но». Новое здание поместили рядом со старым. Под большим козырьком за прозрачным стеклом поместилось фойе, отделанное деревом, с тонкими колоннами, обозначающими лес. Застекленные отверстия в кровле должны были создать игру света. Вид у этого здания был в целом гуманный, но козырек оказался высоковат и вынесен относительно старого фасада слишком далеко вперед, что сочли неуважением к «главному герою».

PLP Architects старались увлечь  символами. Новое, прозрачное и светящееся изнутри, здание, по их замыслу, должно было уподобиться гнезду или кокону, скамейки в парке разбрасывались похоже на нотный рисунок, а подсвечивались, как светлячки. Театральное действо выплескивалось на окружающие луга. Эльфийская звездная ночь, античные пляски при луне,– образов было многовато, и жюри решило, что это может подавить старый театр. А по условиям конкурса надо было соблюсти уважение по отношению к нему.

Neutelings Riedijk Architects предложила более радикальное вмешательство в ландшафт. Они сыграли на перепаде рельефа. Там где рельеф понижается, они предлагают создать повышающуюся искусственную платформу, а в промежуточном пространстве как раз уместятся многие помещения нового театра. Плюс из-под земли вырастут две башни – новой сценической коробки и репетиционных залов. На искусственной платформе образуется ступенчатое общественное пространство, которое архитекторы назвали парком. Жюри сочло проект смелым и новаторским, но не решилось его выбрать. Слишком нетрадиционно. «Ведь в театр обычно поднимаются, а здесь пришлось бы спускаться – как-то не торжественно».

В марте 2010 года победителем был признан проект бюро Дэвида Чипперфилда. Проект Чипперфильда признан наиболее тактичным по отношению к существующему театральному зданию (памятнику архитектуры) и к городскому окружению, а также – самым экономичным и предсказуемым с точки зрения реализации.

Дэвид Чипперфильд предложил продлить театр новым прямоугольным объемом, почти идентичным театру по площади и конфигурации. К получившемуся протяженному параллелепипеду примкнут два боковых крыла, в одном из которых разместятся помещения для репетиций, в другом – фойе, перед которым будет устроена небольшая пешеходная площадь.

В результате реконструкции театр получит в дополнение к существующему залу на 900 зрительских мест новую сцену на 1100 мест, а также административные и технические помещения, оборудованные по западному уровню, современный звук, акустику и т.д. Таким образом, площади театра вырастут с 8 тысяч до 28 тысяч кв. м.

Проект Чипперфильда победил, вероятно, потому что он очень простой. В плане проект напоминает базилику. Новый театр присоединяется к старому «спина к спине». Вместе они образуют длинный продольный «неф». Полукруглая апсида нового театра смотрит в сторону, противоположную относительно той, куда обращен главный фасад старого театра. А в поперечном «нефе» устраиваются недостающие репетиционные залы и новое фойе (дополнительно открывающее парк для города). Часть техпомещений оказываются между старым и новым театром и работают «на два фронта» (что несомненно является большим плюсом). Парк пострадает минимально. Во внешних объемах – строгий модернизм. Продольная решетка фойе. В объеме нового театра отзываются и полукруглый выступ конструктивизма, и что-то тюремно-крепостное. Идея базилики, надо полагать, всем понравилась. А ведь во внешних объемах она не читается.

Сообщается, что при оценке проектов жюри руководствовалось 10 критериями, два из которых доминировали: это - эстетический критерий (здание должно быть шедевром или хотя бы претендовать на статус шедевра) и градостроительный (новая постройка не должна "унижать" существующее здание театра и слишком грубо вторгаться в Театральный сквер). Вследствие подобного заявления возникает закономерный вопрос: а так ли соответствует выше названным критериям проект-победитель?

Градостроительный критерий имеет для нас первостепенное значение в рамках данной работы.

На наш взгляд, новая постройка будет обладать разрушающим эффектом по отношению к ныне существующей пространственной организации и эмоционально-образной атмосфере. Симметрия подводящих элементов и главного фасада будет «разбита» выступающими пристроями. Кроме того, попытка сгармонизировать стили нового и старого сооружения выглядит не очень убедительно: театр начинает «распадаться» и «дробиться» на разнородные архитектурные формы. О «негрубом вторжении в театральный сквер» говорить вообще не приходится, по причине того, что проект Чипперфильда перемещает границы тетра вглубь пространства сквера практически вплотную приближая его к автомобильной дороге.

Таким образом, не вызывает никаких сомнений, что Пермский академический театр оперы и балета имени П.И. Чайковского как духовный, культурный феномен уже не может существовать в тесном объеме губернского театра XIX или советского театра ХХ века. Существует также целый ряд острых конкретных пространственных проблем театра – недостаток репетиционных помещений,  рекреаций, площадей для хранения декораций, необходимость в дополнительной сцене и т.д. Были сформулировали три основные проблемы:

Проект Чипперфильда не является удачным решением этих проблем настолько, чтобы воплощать его в жизнь. Изучив основную типологию театров и принцип предметно-пространственной целостности существующего здания театра оперы и балета, можно сделать вывод, что, несмотря на поставленные задачи, Чипперфильд и другие участники конкурса отошли от цели создать гармоничное композиционно, единое по стилю и  функционально востребованное  здание и сделали больший акцент на «вписывание» культурного объекта в городскую среду.

Прослеживается все та же тенденция, начатая А.Лебедевым, Б. Мильграмом и М. Гельманом в рамках идеи «Пермь – культурная столица». К великому сожалению, подчиняясь массовым идеям, приходится говорить о потере культурного наследия в архитектуре театра вообще.

Здание Пермского академического театра оперы и балета имени П.И. Чайковского в настоящее время по своим параметрам и типологическим характеристикам является весьма удачным примером органичного сочетания эстетической и конструкционно-функциональной составляющей.  Для максимально выигрышного проекта необходимо считаться с существующим решением.

Список литературы

  1. Змеул С. Г., Маханько Б.А. Архитектурная типология зданий и сооружений. - М., Архитектура-С, 2004.
  2. Гельфонд А.Л. Архитектурное проектирование общественных зданий и сооружений. - М., Архитектура-С, 2006.
  3. Бархин Г.Б. Архитектура театра. - М., 1947.
  4. Хрипунов Ю.Д., Гнедовский Ю.П. Архитектура современного театра. – М., 1986.
  5. Степанов А.В. Архитектура и психология. – М., Стройиздат, 1993.
  6. Иконников А.В. Функция, форма и образ в архитектуре. – М., Стройиздат, 1986.
  7. Энциклопедия Искусство. Ч.2. Архитектура, изобразительное и декоративно-прикладное искусство XVII – XX веков/ под ред. Аксенова М.Д. – М., Аванта +, 1999.
  8. Хамаза Е. Французский театр: от Средневековья к Новому времени. – СПб., Алетейя, 2003.
  9. Браун Д. Иллюстрированная история мирового театра. – М., БММ, 1999.
  10. Каллистов Д. П. Античный театр. – М., Искусство, 1970.

Рисунки к докладу

Рис. 1
Рис. 1

Проекты, представленные на конкурс:

  1. Avery Associates
  2. Henning Larsen
  3. PLP Architects
  4. Neutelings Riedijk Architects



Рис. 2
Рис. 2

Проект Дэвида Чипперфильда. Макет и план здания




Рис. 3
Рис. 3

Проект Дэвида Чипперфильда. Главный фасад, боковой фасад, разрез




Вопросы и комментарии к выступлению:



Назад Go Back